У нас на сайте
Ссылки

 

 

Слуцк деловой - портал Капитал-маркет

 

Покупай/Продавай на Capital-Market.by

 

SlutskGorod - информационный сайт Слуцка

 

Услуги по выполнению работ автопогрузчиком Амкодор

 

Продажа, установка, ремонт, замена автомобильных стёкол

 

Краски, эмали, лаки, грунтовки, шпаклёвки для автомобилей

 

Запчасти, расходные материалы и аксессуары для всех популярных марок и моделей автомобилей

 

Ирландское кружево Ольга-Анастасия

 

 

 

Благоустройство захоронений. Гранитные памятники

 

 

 

Военные мемориалы Беларуси

 

 

 

Пётр Иванович Смирнов

02.10.2015

Волей обстоятельств начать восстановление Слуцка и Слуцкого района после освобождения доведётся группе партизанских командиров, которые вели борьбу с немецкими захватчиками на Случчине.

Основная часть материала посвящена Петру Ивановичу Смирнову, который 14 июля 1944 года был назначен председателем Слуцкого горисполкома.

Пётр Иванович Смирнов родился 19 июня 1914 года в селении Урень Нижегородской губернии. После школы освоил профессию токаря в фабрично-заводском училище, работал на заводе Красное Сормово в Горьком. В 1935 году был призван в Красную Армию. Учился в Горьковской бронетанковой школе, воинская специальность – механик-водитель. Обучал молодёжь в этой же школе, оставшись на сверхсрочную службу.

Бронетанковую школу вскоре перевели в Харьков и преобразовали в танковое училище. Пётр Иванович оказался в числе его первых выпускников и в 1939 году получил направление в Белоруссию.

Служил в 29-м танковом корпусе, который дислоцировался в Бресте, в должности командира танкового взвода. Принимал участие в советско-финской войне в районе Выборга и прибалтийском походе Красной Армии (1940). Вернулся в Брест, откуда был откомандирован в танковый полк под Белостоком в качестве начальника штаба 49-го танкового батальона.

Здесь Смирнов и встретил войну.

В первых боевых столкновениях полк, где служил Пётр Иванович, попал в окружение. При попытке прорваться его танк был подбит, а сам он ранен в руку. В составе небольшой группы пешком пробирался на Восток в надежде на воссоединение с частями Красной Армии.

После пяти месяцев скитаний Смирнов с товарищами оказался в любанских лесах, где произошла встреча с такими же окруженцами, перешедшими к партизанской войне. Командовал ими Николай Николаевич Розов. С этого времени они партизанили вместе. Отряд быстро рос, Смирнов стал заместителем командира.

Слева направо: Пётр Иванович Смирнов, Ипполит Сильвестрович Кононович, Л.И. Золомай, А. Родионов (1943 или 1944 год). Фото с сайта moypolk.ruК концу 1942 года была установлена связь с подпольным обкомом партии, который возглавлял Василий Иванович Козлов. Под его руководством партизаны перешли к организованным действиям. Отряд Розова получил имя М. М. Громова и вошёл в состав 64-й партизанской бригады им. В. П. Чкалова. Командовать ею назначили Розова, а Смирнов стал командиром отряда им. Громова.

Комиссаром бригады им. Чкалова являлся Ипполит Сильвестрович Кононович, который перед войной являлся первым секретарём Слуцкого райкома партии, он же возглавлял Слуцкий подпольный райком.

На счету «чкаловцев» и «громовцев» были многочисленные боевые операции. После ранения Розова Пётр Иванович Смирнов некоторое время возглавлял бригаду им. Чкалова. Она во взаимодействии с конно-механизированной группой Иссы Плиева принимала непосредственное участие в освобождении Слуцка от немцев.

Вопрос формирования органов власти на освобождённых территориях являлся в то время одним из важнейших.

Минское партизанское соединение. План боевой операции обсуждают (слева направо): заместитель командира соединения И.А. Бельский, командир соединения В.И. Козлов, командир бригады имени В.П. Чкалова П.И. Смирнов, комиссар бригады И.С. Кононович. 1944 г. Фото с сайта moypolk.ruНужны были энергичные и проверенные люди, знающие местную специфику. Руководство республики в условиях дефицита кадров сделало ставку на проявивших себя партизанских командиров.

Упомянутый выше Василий Иванович Козлов с июля 1944-го стал первым секретарём Минского обкома и горкома КПБ. Вероятно, не без его участия были выдвинуты на руководящие посты Случчины вчерашние товарищи по совместной борьбе в тылу врага.

Бывшие «чкаловцы» заняли ключевые посты: Ипполит Сильвестрович Кононович – первый секретарь Слуцкого райкома, Николай Николаевич Розов – председатель Слуцкого райисполкома, Пётр Иванович Смирнов – председатель Слуцкого горисполкома.

Однако ситуация скоро изменилась. Слуцк и район в сентябре 1944 года вошли в состав образованной Бобруйской области.

Встреча ветеранов бригады имени В.П. Чкалова 6 декабря 1967 г. в Слуцке. Фото с сайта moypolk.ruЧерез месяц Кононович перейдёт на работу в Бобруйский обком партии. В 1945 году Розов уйдёт на хозяйственную работу в Минск. Уедет в 1946 году на родину и послевоенный председатель горисполкома.

Без сомнения, самые сложные шаги в восстановлении Слуцка осуществлялись под руководством Петра Ивановича Смирнова. Первое заседание горисполкома состоится 14 июля 1944 года. Без преувеличения, ситуация в Слуцке была катастрофическая. Однако горисполком шаг за шагом решал первоочередные задачи. Заработали предприятия, обеспечивающие жизнедеятельность города. Люди получили хлеб и другие основные продукты. Тяжело, с уплотнением, но всё же решался жилищный вопрос. Угроза эпидемий была ликвидирована с помощью жёстких мер.

Начали работу медицина, торговля, школы и разнообразные культурные учреждения. Фактически была восстановлена первоначально необходимая городская инфраструктура.

Конечно, в её работе было множество сбоев и недостатков, но она станет прочной базой для дальнейшего развития Слуцка.

Среди заслуг Смирнова было и то, что он являлся противником частной жилой застройки в центральной части города. Здесь ещё надолго останутся пустыри, на которых позже появятся значимые общественные здания. Кстати, эту тенденцию разумно поддержат сменившие его главы города.
Пётр Иванович Смирнов, фото 1970-х годов. Фото с сайта moypolk.ru
Судя по архивным документам, первый послевоенный мэр Слуцка был энергичным и волевым руководителем, много сделавшим для города.

Памятник на могиле Смирнову в городе Урень. Фото с сайта moypolk.ruПробудет Пётр Иванович Смирнов в должности председателя Слуцкого горисполкома до 10 июля 1946 года.

Говорить о каких-то конкретных причинах освобождения его от должности сложно. В решении горисполкома сказано, что ряд фактов в работе тов. Смирнова не дают ему возможности в дальнейшем оставаться на этой работе.

После отставки Пётр Иванович был направлен в распоряжение Бобруйского облисполкома. В том же 1946 году вернулся на родину в Урень Нижегородской области. Чем занимался – не знаем.

Известно, что Смирнов несколько раз приезжал в Минск и Слуцк, где встречался с друзьями-партизанами из отряда им. Громова и бригады им. Чкалова.

Пётр Иванович ушёл из жизни 4 июля 1990 года, похоронен в городе Урень Нижегородской области.

 

Сергей БОГДАШИЧ
Статья «После войны: первый глава Слуцка»
Газета «Інфа-Кур"ер»

 

 

 

 

 

На странице сайта «Бессмертный полк», которую ведут внуки ветерана Олег, Анатолий, Владимир, Татьяна и Анна, размещена рукопись статьи Михаила Александровича Никольского, написанная в 1984 году, к 40-летию освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков. Вот её текст.



 

Смирнов Пётр Иванович
(Страницы жизни и боевой деятельности в годы Великой Отечественной войны)

Пётр Иванович Смирнов. Фото с сайта moypolk.ru

 

Родился в июне 1914 года в городе Урень Горьковской области.

После окончания школы поступил в ФЗО. В 1930 году после окончания школы фабрично-заводского обучения работал токарем механического цеха на заводе Красное Сормово.

В 1935 голу был призван в Красную Армию. После окончания бронетанковой школы в Горьком в звании старшины и механика-водителя танка Б-26 и БТ-7. Армейская школа закалила воина, и он остался на сверхсрочную службу, старшиной роты. Из Горького военную школу перевели в Харьков и она называлась Харьковское бронетанковое училище, ей было присвоено имя Сталина. В 1939 году после окончания этого училища направлен для прохождения службы в 29-ю танковую бригаду в должности командира танкового взвода. Бригадой командовал Кривошеин.

После освобождения Западной Белоруссии в сентябре 1939 года танкисты нашей 29-й бригады дислоцировались в Бресте. Затем отсюда, из Бреста, танкисты нашей бригады участвовали в боях с Финляндией, сначала – на Карельском перешейке, на Выборгском направлении. Начались бои 30 ноября 1933 года и окончились 12 марта 1940 года, ровно в 12.00.

Через некоторое время бригады опять возвратилась в Брест.

В 1940 году участвовали в Прибалтийской операции: Каунас, Шауляй, но везде прошли без боев. Из Прибалтики снова возвратились в Брест. Один батальон из состава бригады был направлен в Гомель, в 44-ю танковую бригаду, которая находилась в городке Лещинец. На базе этого батальона и бригады был позднее создан танковый полк, командиром полка был полковник Скотенюк, начальником штаба танкового батальона был П.И. Смирнов. Перед началом войны этот полк направили на запад, за Белосток.

… 22 июня 1941 года. Ранним утром вражеская авиация начала бомбить расположение танкистов. Через некоторое время танкистам пришлось вступить в бой с превосходящими силами немецко-фашистских войск. В ожесточённых боях наш 49 танковый полк был сильно потрёпан и оказался в окружении врага.

– Приказываю подготовиться к бою для выхода из окружения! – распорядился полковник Скотенюк, собрав командный состав, оставшихся в живых, на опушке леса.

А вскоре начался бой, чтобы выйти из окружения. В бою много танков было подбито. Загорелся и наш танк от прямого попадания снаряда.

Механик-водитель танка был убит сразу. Башенный стрелок сумел вылезти из танка с запасным пулемётом, установил его возле горящего танка и продолжал стрелять по наступавшим врагам. Смирнов Н.И. сначала стрелял по фашистам из танкового пулемёта, пока было возможно, а потом вылез через люк лаза с раненой рукой, но не оставлял боя. Было уничтожено немало врагов. Однако рана требовала срочной перевязки. Как и многие раненые в том бою, Смирнов П.И. вместе с ранеными, под прикрытием огня оставшихся невредимых танков, отползли в лощину, где им сделали перевязки. Короткими перебежками раненые, кто мог ещё стрелять, продолжали бой и сосредотачивались на опушке леса, где приводили себя в порядок.

А вокруг фашисты: голоса «сдавайтесь!», стрельба, шум вражеской техники, взрывы миномётов, снарядов. Немногим тогда удалось вырваться из вражеского кольца.

– Пробиваться на Восток, к своим! – решило командование. – Любой ценой! Чтобы соединиться с частями Красной Армии.

Начались постоянные бои с наступающими частями Фашистов. С воздуха непрерывно бомбила фашистская авиация. Вражеские сигнальщики подавали ракетами сигналы, и самолёты врага окончательно рассеяли нашу отступающую группу возле города Слонима.

– Ну, что будем делать? – обменивались мнениями, оставшись втроём из танкового полка, Преснов Павел Дмитриевич, Щеглаков и Смирнов. Все офицеры. Кругом Фашисты. Леса, где укрывались оставшиеся бойцы и офицеры, наводнялись листовками с призывами о сдаче в плен, о бесполезном дальнейшем сопротивлении…

– Будем пробираться только на Восток! – решили мы. В эти самые критические минуты и дни никого из нас не покидала мысль о том, что враг будет разгромлен и победа будет за нами.

В пути следования, в основном по лесным тропинкам, обходя дороги и крупные населённые пункты, где уже «хозяйничали» фашисты, пробирались на Восток, туда, где в солнечные дни всходило солнце. Нередко приходилось вступать в перестрелки с вражескими мотоциклистами. Постоянно держали связь с населением. То пастушок расскажет нам, где фашисты, то старушка встретится в лесу, то крестьянина на опушке расспросят, где и что слышно о врагах. Помогали советские люди питанием, чистыми полотенцами для перевязки ран, – словом, всем, чем могли, опасаясь фашистов. И никто не выдал нас фашистам, даже за объявленные в листовках немалые вознаграждения. Советские люди оставались верными Советской власти, как могли помогали выходившим из окружения советским воинам.

Так, в пути прошло почти пять месяцев. Уже было слышно о партизанах, созданных отрядах на временно оккупированной территории врага. Такие вести придавали сил и уверенности в торжестве нашего правого дела.

В совхозе «Жалы» Загальского сельсовета Любанского района вначале декабря (точнее – 5 декабря) 1941 года встретились с группой солдат и офицеров, оставшихся в тылу врага, которой командовал Николай Николаевич Розов. Быстро нашли общий язык и со своим оружием присоединились к этой группе, которая называла себя «отряд Николая Николаевича». Бывшие офицеры в отряде занимали командные должности: бывший политрук – лейтенант Львов Алексей Васильевич был избран комиссаром отряда, меня – Смирнова Петра Ивановича – вскоре избрали заместителем командира отряда. Ежедневно в отряд приходили люди из числа солдат и о офицеров – раненых и выздоровевших, и «окруженцев» или из местного населения, – которые хорошо ориентировались в тропинках по лесам и болотам белорусского полесья, так как для незнакомых людей те места были непроходимыми вообще: трясина, болотная могла, как говорят, «засосать» человека и без посторонней помощи из такого места самому не выйти никак.

Вскоре мы услышали о деятельности Минского подпольного обкома партии, который располагался на территории Любанского района. Рассказывали Смирнову П.И., что под руководством подпольного обкома партии была организована в ноябре сорок первого года операция по разгрому гарнизона в райцентре Любань. Тогда участвовало несколько отрядов под командованием Розова, Далидовича и Патрина. Но Смирнов, как и многие партизаны отряда Розова Н.Н., ещё не встречались лично с руководителями подпольного обкома партии. Во-первых, соблюдалась очень строгая конспирация месторасположения обкома, во-вторых, среди отдельных партизан и местных жителей могли быть неустойчивые люди, которые в трудных условиях могут изменить долгу и под пытками врага стать предателями, в-третьих, ещё не созрели условия для организации массовых выступлений против врага. Многие ещё «приходили в себя» после пережитого в первые месяцы войны, а некоторые после ранений нуждались в серьёзной поправке, для чего нужно было время и условия, чтобы стать полноправным бойцом.

Вот как рассказывает о том времени осени сорок первого года в книге «Люди особого склада» Герой Советского Союза Василий Иванович Козлов, бывший первый секретарь Минского подпольного обкома партии (издательство «Беларусь», Минск, 1973 год. Издание доработанное и дополненное):

«…В последнее время на Любанщине, в Старых дрогах, Гресске, Копыле, Слуцке, Красной Слободе, Глусске и в Октябрьском районе организованы новые партизанские отряды. Руководителей этих боевых единиц мы знали не всех. В Заболотье выделилась и стала самостоятельно действовать группа Пакуша и Русакова – этих людей мы хорошо знали, в Копыльском районе мы знали товарища Жижика и в Гресском – Зайца. А вот в деревне Горное Любанского района появилась группа Розова, в деревне Живунь – группа Патрина, в Славковичах – Столярова. Об этих людях мы знали очень мало, некоторых даже не видели.

Партизанское движение в тылу врага – славное и благородное дело, если оно вдохновляется чувством советского патриотизма, освящено верностью Родине, великой партии Ленина. Мы знали: найдутся люди, которые будут не прочь погреть руки на партизанском движении, использовать отряд в своих эгоистических целях. А могли быть и просто провокаторы: таких мы тоже встречали на своём пути.

Так до нас стали доходить слухи о каком-то Балахонове, который подвизался в Глусском районе. Население говорило о нем с ненавистью и страхом. Этот человек окружил себя разгульными, бесчестными людьми. Они рыскали по деревням, вообразив, что им все дозволено. Приедут в деревню, заберут лучшие продукты, одежду, скот, а в другой деревне все это продают, меняют.

Выдавали они себя за настоящих партизан. Балахонов старался походить на Чапаева, он отпустил усы, сшил папаху; держал при себе молодого ординарца и звал его Петькой. Этот «Чапаев» с оккупантами не воевал, а разгуливал по деревням и своевольничал. Нам удалось быстро и до конца раскрыть «деятельность» Балахонова.

С Патриным мы вскоре познакомились. Он явился в Любанский райком партии по первому вызову, а потом вместе с Луферовым и Горбачёвым пришёл в подпольный обком партии. Патрин все до мелочей рассказал о себе, поделился своими планами и соображениями. Он понравился нам своей искренностью, серьёзным отношением к делу, правильным пониманием указаний партии, умением держаться просто и с достоинством. Учитель по специальности, Патрин перед войной работал заведующим районным отделом народного образования. В армию призван из запаса, под Барановичами был тяжело ранен и попал в окружение. Окрепнув после ранения, он пошёл на восток и, добравшись до Любанского района, создал партизанскую подпольную группу. В ней были местные жители и пять бывших красноармейцев. Рассказывая о своих планах, Патрин настойчиво просил прислать ему комиссара. Наконец он и сам соглашался остаться комиссаром отряда, если райком поможет подобрать командира. Эта просьба заставила нас ещё больше уважать его.

Патрин правильно понимал огромное значение политико-воспитательной работы в отряде и среди населения. К сожалению, в первый период партизанского движения некоторые из наших командиров недооценивали роль комиссаров в партизанских отрядах.

Командир другой группы, в прошлом воентехник, Розов был полной противоположностью Патрина. На наш вызов в обком он не явился и даже не счёл нужным ответить на него. Горбачёв попробовал договориться с ним лично, но успеха не достиг. Розов заявил, что ни райкомам, ни обкомам на оккупированной территории он не подчиняется и вообще не хочет знать никакого начальства.

Примерно таких же взглядов придерживался и Столяров. Это бывший повар, человек политически малоподготовленный и по своей неопытности и отсталости мог просто ошибаться. Мы знали также, что сын одного кулака, пробравшийся в отряд под видом красноармейца, стремился вовлечь Столярова в дурные дела, хотя сам Столяров не хотел использовать партизанское движение в каких-либо других целях. Что же касается Розова, то это – военный техник, достаточно образованный человек, и такие его взгляды, понятно, сильно удивили нас. Здесь, возможно, имелись какие-то посторонние мотивы – человек более трёх месяцев был подчинён сам себе, считался вольной птицей и жил на примачьих хлебах.

Мы решили заняться двумя этими группами и приобщить их к совместной с нами борьбе. К Столярову поехал Бельский (секретарь подпольного обкома партии), а я – к Розову…

Розов производил впечатление весьма положительного, скромного человека. Молодое открытое лицо, высокий лоб, добрый мягкий взгляд. Встретив такого человека, хочется говорить с ним ласково, по-товарищески. Розов встал мне навстречу, приветливо поздоровался, предложил сесть.

– Николай Николаевич, – представился он, заметив, что я смотрю на него выжидательно. Ни фамилии, ни военного звания не назвал. Может быть, поэтому и группу называли везде: «Отряд Николая Николаевича»?

Чем больше мы разговаривали, тем больше выявлялось необыкновенное упрямство и чрезмерная самоуверенность Розова. В принципе он признавал необходимость дисциплины в партизанской войне, но ни с одним моим практическим предложением не соглашался. Когда я предложил ему оставить уютные квартиры и распроститься с положением «зятьёв», он покраснел и, еле сдерживаясь, попросил больше не говорить ему об этом. На его взгляд, переселение в лес не вызывалось необходимостью: можно воевать и сидя дома, было бы только желание.

Очевидно, Розов не думал об активной партизанской борьбе. Он твёрдо верил, что Красная Армия справится с врагом сама, без помощи партизан, а им, военным людям, надо только сберечь себя в тылу, чтобы, когда армия вернётся, встать в боевые ряды.

Я настаивал, чтобы группа соблюдала конспирацию, немедленно перешла в лес и в ближайшее время выросла в сильный партизанский отряд. Против этого Розов ещё больше запротестовал. Расти за счёт местного населения он считал чуть ли не авантюрой, пустой затеей.

– Что я с ними буду делать? – возмущался он. – Пропадёшь с ними в лесу. Превратиться в интенданта, добывать для них продовольствие, кормить?! Пускай сами перебиваются кто как может. А воевать они все равно не будут. Иной боится ночью на улицу выйти, а мы его в лес потащим, в партизаны. Нет, избавьте меня, пожалуйста, от этих экспериментов, это не по моей части.

– Как раз по вашей, – возразил я. – Это обязанность каждого патриота. Прежде чем наводить поклёп на людей, надо приглядеться к ним, понять, изучить. Здешние партизаны ещё в гражданскую войну показали себя героями. Вот рядом с вами Октябрьский район, в прошлом Рудобельский. Этот район и назван Октябрьским потому, что здесь в гражданскую войну широко развернулось партизанское движение. Сотни партизан погибли тогда смертью героев, и об их подвигах знает вся Белоруссия. Вспомните бессмертную славу Дукорзких партизан! А прославленный герой гражданской войны дед Талаш? Он действовал недалеко отсюда, в Петриковском районе. Недавно я получил донесение, что дед Талаш и сейчас не сидит без дела! Он борется с первых дней войны. Гитлеровцы не раз в своих листовках угрожали ему смертью. Дед Талаш собирает оружие, боеприпасы, даёт советы партизанам и подпольщикам. А ведь ему уже за девяносто лет! Разве вам неизвестно, что белорусские партизаны в эту войну ещё более геройски проявили себя и правительство отметило их героизм высокими наградами?» (Страницы 117–118–119–120).

Далее Василий Иванович Козлов в книге рассказывает о том, как он через несколько дней снова посетил отряд Розова. Отряд размещался в лесу, в лагерях около острова Горное.

– А где же ваша кухня, запас продуктов? – спросил я.

Розов покраснел.

– Ещё там, в деревне, – смущённо ответил он.

– Подготовьте группу к боевой операции, – приказал я.

«Приближалась XXIV годовщина Октября. Мы уже несколько дней разрабатывали план крупных операций в честь славной годовщины. Это было единодушное желание партизан и воля всего населения. Мы наметили разгромить немецкие гарнизоны в Любани, Копаткевичах, Житковичах, Погосте, Красной Слободе и Копыле, организовать крупные диверсии в городах»… (Страница 121).

А вскоре, в начале ноября 1941 года, отряды Розова, Далидовича и Патрина разгромили вражеский гарнизон в Любани, о чем уже упоминалось ранее, и в этой операции Пётр Иванович Смирнов участия не принимал, так как он с боевыми друзьями-офицерами из танкового полка вступил в отряд Розова 5 декабря 1941 года.

Далее В.И. Козлов в своей книге рассказывает:

«На протяжении декабря и в первой половине января 1941 годы мы готовились к большому партизанскому рейду. Это был очень сложный и тяжёлый период борьбы наших отрядов с фашистскими захватчиками. В районах Минской и смежных областей Белоруссии действовали крупные части эсэсовцев. Гитлеровцы поставили своей целью во что бы то ни стало расправиться с белорусскими партизанами. Нашим отрядам приходилось почти ежедневно вести жестокие бои, маневрировать, часто менять места дислокации. Особенно трудное положение создалось в Старобинском, Краснослободском, Гресском, Копыльском, Слуцком, Руденском, Борисовском и Смолевичском районах. Отрядам Коржа, Меркуля и Бондаровца пришлось перебраться на Любанщину, Глусчину и в район Старых Дорог…» (Страница 198).

Партизанские отряды Минской и Полесской областей сдерживали бешеный натиск фашистских войск, упорно готовились к большому рейду.

Партизаны старались обеспечить свои отряды санями. Санный транспорт, манёвренность отрядов и будет способствовать нашей победе. Зима была снежная и лютая. Чем дальше, тем труднее и труднее было оккупантам ездить на машинах, а партизаны на санях могли проникнуть в любое место и двигаться в любом направлении.

С советскими людьми нетрудно было решать любую задачу. Чтобы посадить на сани отряды, участвующие в рейде, нам нужно было добыть 600 подвод, саней. Кроме того, мы решили сформировать конный отряд, а для него также нужны лошади, седла, уздечки. Население пришло на помощь: советские патриоты с радостью отдавали нам все, что нужно… Народ жил одним желанием: как можно скорее уничтожить врага. Вот почему мы с первых дней нашей борьбы почувствовали под собой твёрдую почву, смело брались за самые сложные, широкие по масштабам и даже иной раз рискованные задачи.

В рейд должны были идти самые сильные отряды. Минский подпольный обком возглавил это большое наступление. Часть отрядов целесообразно было оставить на места, чтобы не оголять район. С нашей помощью они могли действовать и развиваться» (Страница 197).

Далее З.И. Козлов пишет:

«Выехали мы точно в назначенное время. Каждый отряд вышел из определённого, заранее условленного места. Двумя колонами в деревне Убибачки я со штабом зашёл в одну просторную избу в середине деревни. Со мной были Мачульский, Бондарь, Бельский, Варвашеня Лещеня. В рейд отправились все члены обкома, – ведь перед нами стояли большие и очень ответственные задачи: кроме боевых операций, у нас было немало других дел по созданию партийного подполья и организации партизанского движения в тех областях и районах Белоруссии, где подпольных обкомов и райкомов ещё не было. Помощник начальника штаба вызвал к нам командиров и комиссаров отрядов. Пришли Меркуль, Корж, Гуляев, Бондаровец, Долидович, Ширин, Розов, Плышевский, Пакуш, Жулега» (Стр. 200).

Все отряды были разделены на две колонны. Одна должна была пройти с юга от совхоза «Сосны», возле деревни Кузьмичи, а другая – значительно левее, в направлении деревни Городячицы с заходом на Ветчин. Штабная группа и конный отряд шли между колонами. До рассвета мы должны были подойти к намеченным пунктам близ постоловского гарнизона. Я указал командирам их маршрут, ещё раз объяснил обязанности каждого отряда»…

«С постоловским гарнизоном мы справились сравнительно быстро. Пулемётные гнезда на подступах к станции железной дороги и часовых уничтожили без единого выстрела. Фашисты не ожидали нападения в такой ранний час, да и мороз градусов на тридцать прижал солдат, и они расползлись по тёплым углам. Наши бойцы при помощи местных жителей накрыли их и уничтожили… К девяти часам утра бой был закончен… В бою уничтожено около сотни фашистов, часть оккупантов и полицейских сдалась в плен. Мы взяли много винтовок, боеприпасов и сотни тонн награбленного хлеба. Зерно роздали населению.

После небольшого отдыха левая колонна нашего соединения пошла на Ленинский район Пинской области, а правая – на Скавшин, Сухую Милю, Милковичи Старобинского района.

Мы со штабной группой и конницей двигались к деревням Махновичи и Долгое. В Долгом стоял большой немецко-полицейский гарнизон. Надо было изолировать его от соседних гарнизонов и уничтожить.

Ночью прибыли в деревню Махновичи. Здесь уже были ударные отряды Гуляева и Розова… (страницы 202–203–204).

В этом рейде принимал участие и Смирнов Пётр Иванович в составе партизан отряда Розова. Колонной партизан, в которую входил и отряд Розова, командовал секретарь обкома партии Мачульский Роман Наумович.

П.И. Смирнов вспоминает, что именно этой колонне удалось разгромить фашистский гарнизон в Постолах, о чем рассказывает подробно В.И. Козлов, а также о встрече с группой генерал-майора Михаила Петровича Константинова, который после некоторого исполнения обязанностей начальника штаба Минского соединения партизанских отрядов был отозван в Москву, улетел туда из партизанского аэродрома на самолёте, командовал соединениями Красной Армии на фронте и отмечался в приказах Верховного Главнокомандующего Сталина.

В рейде подпольный обком партии возил с собой портативную походную типографию. Было несколько пишущих машинок. На остановках выпускались листовки, обращения обкома к населению, сводки Совинформбюро. Тысячами экземпляров расходились они по деревням и районным центрам, в городах, и звали людей на борьбу с проклятым фашистом-зверем.

На территории Барановичской области партизаны разгромили белее десятка вражеских гарнизонов. В Гресском районе вместе с партизанами Владимира Зайца захватили бывший военный городок Конюхи со всем вооружением и имуществом. В плен взяли несколько десятков немцев и полицейских. Авторитет Гресских партизан настолько возрос, что население, особенно молодёжь, группами вступала в ряды партизан. Через некоторое время в Гресском районе были созданы две партизанские бригады – имени Фрунзе и имени Суворова.

При помощи слуцких подпольщиков и связных партизан в городе Слуцк, когда колонны партизан остановились недалеко от города, было совершено ночью, в страшную метель, когда, как говорят, хороший хозяин и собаку не выпустит из тепла, нападение на помещение банка, в котором хранились золото, серебро, облигации, деньги и ценные бумаги. Командир отряда Дунаев с группой партизан пробрался в Слуцк, снял часовых и выпустил из лагеря военнопленных – советских воинов. Около здания банка партизан уже ожидали подпольщики Александр Фомин и Пётр Маглыш. Без шума были сняты часовые. «Открыть сейфы, – рассказывает в книге В.И. Козлов, – помогли работники банка, с которыми у нас была установлена связь. Из города партизаны вышли без потерь. Только один боец был легко ранен. Золота и серебра, захваченных в наших банках оказалось немало. Были также золотые и серебряные вещи бытового назначения, награбленные у населения. Когда мы посылали собранные населением и партизанами средства в фонд обороны, к ним присоединили и эти ценности. Я писал тогда в Центральный Комитет партии…» (стр. 217–218).

«И вскоре нами была принята следующая телеграмма из Москвы, от И.В. Сталина: «Секретарю Минского обкома КП(б) Белоруссии товарищу Козлову. Передайте трудящимся города Минска и Минской области, партизанам и партизанкам, собравшим 3 075 827 рублей деньгами и облигациями, 2810 рублей золотыми манетами, золотые и серебряные вещи на строительство самолётов «Партизан Минска», «Партизан Слуцка», «Партизан Борисова», – мой братский привет и благодарность Красной Армии». Областным комитетом партии были выпущены листовки с текстом телеграммы большим тиражом. Они разошлись по Минской, Полесской, Пинской, Барановичской, Молодечненской, Могилёвской областям. Сбор средств на вооружение Красной Армии развернулся затем по всей Белоруссии, десятки миллионов рублей внесли трудящиеся республики на оборону своей Родины» (Стр. 219).

Из района Слуцка рейд партизан проходил по территории Осиповичского, Стародорожского, Глусского, Азаричского, Копаткевичского, Петриковского и в начале апреля, завершив рейд, отряды возвратились в свои районы, на свои базы.

Оценивая результаты рейда, В.И. Козлов в книге писал: «Первый рейд по Белоруссии принёс огромную пользу. Он укрепил связь с массами, поднял авторитет партизанского движения и почти удвоил количество бойцов. Мы побывали в районах, с которыми прежде поддерживали связь только через связных, и установили непосредственный контакт с подпольными райкомами, парторганизациями и группами.

Во многих районах Минской и смежных областей мы фактически стали хозяевами. Во время рейда почти все деревни этих районов очистили от гитлеровцев и полицейской нечисти. Наши отряды стали более сильными и боеспособными. Увеличилось количество тяжёлого вооружения: пушек, миномётов. В походах и боях закалялся и приобретал опыт наш боевой коллектив. Многие командиры и комиссары отрядов проявили себя талантливыми организаторами. Даже Николай Николаевич Розов, который до рейда ещё не избавился от неправильных представлений о партизанском движении, многое понял в этом походе и действовал как настоящий патриот, смелый и боевой командир» (Страница 222).

В начале апреля 1942 года оккупанты бросили против партизан крупные силы, отозванные с фронта, дивизии эсесовцев, с танками и артиллерией. Утром 14 апреля над любанскими лесами появились вражеские самолёты-разведчики. А через некоторое время на лагеря партизан началось наступление карателей. В центре обороны был отряд Розова Н.Н., справа – отряды Долидовича и Гуляева. Отряды Патрина, Столярова, Меркуля, Пакуша и Плышевского оставались в резерве. Партизаны умело замаскировались. В бою Розов несколько раз поднимал народных мстителей в контратаку. Семь дней продолжались бои, но партизаны нанесли огромные потери врагу, его живой силе и технике. В этих боях участвовал и заместитель командира отряда Пётр Иванович Смирнов.

Летом на острове Зыслов партизаны и местное население под руководством лётчика, оказавшегося в тылу врага, оборудовали партизанский аэродром. С одной стороны большой поляны рос небольшой сосонник, а с. другой – возвышенность, поросшая вековыми деревьями. Вдоль этой возвышенности, на склоне были оборудованы землянки подпольного обкома партии и штаба Минского соединения партизанских отрядов, которое весной 1942 года насчитывало более десяти тысяч народных мстителей. Отсюда поступали приказы по уничтожению вражеских гарнизонов, по уничтожению железнодорожных эшелонов, линий связи, мостов на важных дорогах.

С первых дней сентября 1942 года на партизанский аэродром начали прибывать самолёты из Москвы и других городов Советского Союза. «Наш аэродром, – вспоминает В.И. Козлов, – скоро стал известен советским людям за тысячи километров. О нём знали на Украине, в Литве, Латвии. О нем знали партизаны Польши и Чехословакии. Сотни раненых народных мстителей были отправлены с этого аэродрома в советский тыл. Однажды к нам прилетели секретарь ЦК КП(б) Украины товарищ Коротченко и начальник партизанского штаба Украины Строкач. Отсюда мы переправили в Москву видных учёных и крупных специалистов Белоруссии, которые не успели эвакуироваться в начале войны. Отсюда был эвакуирован в Москву тяжело раненный прославленный партизан Кирилл Прокофьевич Орловский – Герой Советского Союза, а потом Герой Социалистического Труда, председатель прославленного колхоза «Рассвет» Кировского района Могилёвской области (Орловский К.П. умер в 1968 году. – Прим. ред.) Все годы войны мы пользовались Зысловским аэродромом. Он служил важнейшим средством прямой связи с Большой Землёй для многих партизанских соединений Белоруссии» (Стр. 296–297).

Бывший секретарь Минского подпольного обкома партии, командир партизанского соединения, Герой Советского Союза Роман Наумович Мачульский в книге «Вечный огонь» (Партизанские записки, издание второе, исправленное и дополненное. Издательство «Беларусь». Минск, 1989 год) так вспоминает о событиях лета сорок второго года: «В суровые летние дни партизаны с тревогой следили за событиями на южном крыле советско-германского фронта. С болью в сердце люди узнавали о том, что наши войска вынуждены были оставить Керчь, Севастополь, Харьков, с тяжёлыми боями отходя на восток. Не считаясь с потерями, враг рвался к Волге. Тогда-то в нашу партизанскую жизнь вошёл боевой приказ-девиз: «Убей Фашиста в Белоруссии, чтобы он не появился на Волге!»

Лето проходило в непрерывных схватках с врагом. Отряды Розова Н., Патрина, Далидовича, Гуляева, Шубы, Столярова, Храпко, Бумажкова, Пакуша, Жулего, Вежновца, Ахраменко, Шваякова, Шантора, Коржа и другие за летние месяцы разгромили гарнизоны противника в деревнях Яминск, Макаричи, Гостино, Погост, Шкава, Березовка, Касаричи, Зеленковичи и многие другие. А в сентябре силами отрядов Далидовича, Гуляева, Розова, Патрина, Пакуша, Бумажкова и бригады Павловского был разбит последний и главный опорный пункт врага в районе нашей зоны – в деревне Катна. своевременно были уничтожены близлежащие гарнизоны в Слободке и Холопеничах.

Таким образом, к исходу лета 1942 года южные районы Минской области и северные районы Полесской области были полностью очищены от немецких оккупантов. Образовался огромный партизанский край с территорией свыше 17 тысяч квадратных километров. В это зоне уцелели лишь отдельные гарнизоны, однако они не имели связи друг с другом, и их военное значение было невелико. Партизаны держали в своих руках подходы к железнодорожным магистралям Брест-Калинковичи-Мозырь, Осиповичи – Бобруйск и Осиповичи – Старые Дороги – Слуцк» («Вечный огонь», стр. 131–132).

«Эхо на Полесье», – так называлась крупная операция по уничтожению железнодорожного 137-метрового моста через реку Птичь, которая была совершена 4 ноября 1942 года в 6.00 утра. В операции участвовали многие отряды Минского соединения. Одна группа партизан отряда Розова Н. вместе с отрядом Далидовича, в количестве 350 человек, выполняя план операции, отрезала посёлок и станцию Птичь от моста и сковала силы противника, другая группа партизан-громовцев вместе с отрядом Патрина перерезала дорогу из Копаткевич до станции Птичь возле деревни Ивашковичи, организовав здесь засаду и заминировав полотно в нескольких местах. Первую группу отряда Громова возглавлял заместитель командира отряда П.И. Смирнов, вторую – комиссар отряда Алексей Васильевич Львов. Общие командование операцией возглавлял секретарь Минского обкома и командир соединения Роман Наумович Мачульский. Вместе с ним находились секретарь обкома И.А. Вельский и секретарь ЦК ЛКСМ Белоруссии К.Т. Мазуров.

По сигналу Р.Н. Мачульского в воздухе появились две красные ракеты, все партизаны приступили к выполнению боевой задачи, поставленной перед народными мстителями Центральным Комитатом партии Белоруссии во главе с П. Пономаренко. Когда мост был взорван, по сигналу двух белых ракет начался отход партизан в условленное место. Операция была выполнена успешно. «Взрывом моста на реке Птичь, – рассказывал Р.Н. Мачульский в книге «Вечный огонь», – была выведена из строя на 18 суток железная дорога, питавшая юго-западную группировку гитлеровской армии. При этом было убито большое количество оккупантов. Если учесть, что до взрыва моста магистраль ежедневно пропускала по 25–30 эшелонов в сутки с живой силой, техникой и боеприпасами противника, то за 18 суток враг не смог отправить фронту 450–540 эшелонов. Это была существенная помощь фронту, войскам Красной Армии, когда они перемалывали фашистские полчища на подступах к Волге. Позднее мы с радостью узнали от железнодорожника А. Шкиля о том, что в результате взрыва моста была сорвана отправка тысячи советских юношей и девушек па каторжные работы в Германию, намечавшееся на 4 ноября» (Страница 142).

В ночь на 24 ноября 1942 года партизаны отрядов Розова, Далидовича, отряд московских комсомольцев имени Гастелло, отряды Бумажкова, Павловского и Чернышева участвовали в разгроме крупного вражеского гарнизона в деревне Ломовичи, который изменники Родины не в шутку называли «вторым Берлином» – за хитро устроенные укрепления из обычных крестьянских погребов, в которых они хранили на зиму картофель и другие овощи. Все огневые точки были связаны траншеями и окопами, покрытыми сверху и замаскированными так, что по ним можно было ходить, не замечая, что это укрепления врага. Не случайно два раза партизаны отряда Павловского пытались разгромить этот гарнизон и оба раза неудачно, понеся немалые потери. На этот раз партизаны разгромили вражеский гарнизон полностью, и он уже не восстанавливался, взяли большие трофеи. Но в бою смертью храбрых погибла, точнее – была смертельно ранена славная дочь белорусского народа, семнадцатилетняя комсомолка Римма Шершнева. Она посмертно награждена орденом Красного Знамени. Она пришла из-за линии фронта вместе с комсомольцами отряда имени Гастелло. Боевой друг П.И. Смирнова по танковому полку Павел Дмитриевич Преснов в том бою во время разгрома дзота был тяжело ранен и его на самолёте отправили с партизанского аэродрома в Москву для выздоровления.

Минский подпольный обком партии и Штаб соединения в конце декабря 1942 года и в январе 1943 года в южных районах области создали 10 партизанских бригад, определили места их дислокации и районы боевых действий. Во главе бригад были поставлены самые лучшие, смелые и мужественные командиры, их заместители и комиссары. В январе сорок третьего года партизаны по решению обкома партии приняли присягу перед развёрнутым Красным Знаменем. Каждый партизан зачитывал текст присяги и собственноручно расписывался в этом, что не нарушит священную клятву до полного разгрома фашистов на белорусской земле.

В соответствии с решением обкома и штаба соединения была создана в январе 1943 года партизанская бригады № 64 имени Чкалова. Командиром бригады был утверждён Розов Николай Николаевич, заместителем его Смирнов Пётр Иванович, комиссаром Львов Алексей Васильевич, начальником штаба Воротников Владимир Андреевич. Поскольку Смирнов П.И. был после Розова Н.Н. командиром отряда имени Громова с января 1943 года по сентябрь 1943 года, а при отряде этом был штаб бригады, то в случае отсутствия Розова Смирнов исполнял обязанности и зам. командира бригады имени Чкалова. За время совместных боевых действий Николай Николаевич Розов отлично узнал своего заместителя Петра Ивановича Смирнова и доверял ему полностью.

С каждым днём партизаны усиливали удары по врагу. Первое место среди других отрядов бригады имени Чкалова по боевой деятельности занимал отряд имени Громова, где командиром был Смирнов Пётр Иванович.

В партийном архиве ЦК КП Белоруссии хранится документ, в котором говорится: «Из 17 вражеских эшелонов, спущенных под откос подрывниками бригады за период с апреля по октябрь 1943 года, на долю отряда жмени Громова приходилось 10 эшелонов. В отряде было широко развито соревнование между группами диверсантов-подрывников и снайперов-охотников за большие успехи в борьбе с гитлеровцами и их пособниками. Командир подрывного взвода коммунист Бочаров уже в то время имел на личном счету 8 спущенных под откос вражеских эшелонов. Отличились и партизаны тт. Беляев, Волоткович, Чёрный, Щербаков и другие». Только за период с 1 июня по 1 сентября сорок третьего года громовцы провели 9 боев с численно превосходящими силами врага вблизи деревень Таль, Мордвиловичи, Купники, Доросино, Хатиново и 13 раз выходили на засады по дорогах Уречье – Любань, Уречье – Кучин, Уречье – Погост, Уречье – Слуцк и другие. В это время подорвано на минах 17 вражеских автомашин и выведено из строя в Слуцком гараже 15 автомашин, убито гитлеровцев и их прислужников 355 человек, уничтожено линий связи 47 км и 1160 железнодорожных рельс.

Созданы партийно-комсомольские подпольные группы в деревнях Рабак, Лошица, Круглое, Мелешки, Березовка, Козловичи и других. Руководят этим группами коммунисты и комсомольцы тт. Вдовин, Вахитов, Савченко, Решетников, Бочаров, Чёрный, Трофимович и другие. В отряде 48 агитаторов, лучшими из них являются тт. Александров, Аксёнов, Трофимович, Давыдов, Фурсов, Манкевич, Ременчик Степан, Сазанович, Вдовин, Титович, Гришков и другие. Так выполняют коммунисты партийной организации отряда имени Громова решения V-го пленума ПК Компартии Белоруссии от 28 февраля 1943 года об усилении партийно-политической работы и активизации боевых действий партизанских отрядов, бригад и соединений на временно оккупированной врагом территории республики». (Партархив ЦК КП(б)Б, ф. 416 сп. 1, д. I, стр. 38–39–41).

В апреле 1943 года бригада имени Чкалова по заранее разработанному плану совершила подрыв железнодорожного моста станции Верхутино. Передвижение вражеских эшелонов по железной дороге Осиповичи – Слуцк было прекращено до прихода частей Советской Армии в июне 1944 года. А 29 мая 1943 года отряды бригады имени Чкалова полностью вывели из строя железную дорогу Слуцк – Уречье, в результате движение по этой дороге прекратилось до декабря 1943 года.

В партизанской бригаде № 64 имени Чкалова прославили себя боевыми подвигами многие диверсионные группы. В развёртывании диверсионной работы и в непосредственном проведении различных диверсий на дорогах и в расположении вражеских гарнизонов особую роль выполнял комсомолец, инженер-связист Александр Фёдорович Беляев. Он лично изобретал различные способы минирования всего, что могло попасть в руки врага или в места расположения противника.

Не один десяток вражеских эшелонов пустила под откос диверсионная группа, которой руководил комсомолец Пётр Бочаров. На его личном счету имелось 19 подорванных эшелонов с живой силой, техникой и боеприпасами. Заслуженным авторитетом пользовались и диверсанты тт. Вахитов, Никольский, Щербаков и другие. Об этом также говорится в архивных материалах и документах, которые хранятся в партархиве ЦК Компартии Белоруссии.

Приведём ещё один эпизод из книги Героя Советского Союза Василия Ивановича Козлова: «В августе сорок третьего года в Минском партизанской соединении не было ни одной бригады или отряда, которые не участвовали бы в рельсовой войне. Не было и такого участка магистрали, куда бы не подходили партизанские подрывные группы, а то и целые отряды.

Бригаде Николая Николаевича Розова было приказано парализовать станцию Старушки, где располагался большой гарнизон. По приказу комбрига Розова на рельсы должен был выйти отряд имени Громова под командованием Петра Ивановича Смирнова. Задачей остальных отрядов была блокировка гарнизона, отряд имени Котовского прикрывал левый фланг отряда Громова, а отряд имени Железняка двинулся правой стороной прямо на дот. Этот отряд повёл сам командир бригады.

Бой начался на рассвете. Захватывать доты не было необходимости. Важно было только отвлечь внимание противника. Но группа партизан во главе с начальником штаба отряда имени Железняка Щегловым, маскируясь, подобралась совсем близко к одному из дотов и забросала амбразуры грантами. Вражеские пулемёты умолкли. Тогда Щеглов с двумя партизанами заскочили с тыла и покончили с командой дота.

Следуя примеру храбрецов, бросились на доты и другие партизаны. Командир бригады понимал, что такие атаки слишком рискованны, тем не менее, героизм бойцов вовлёк а атаку и его самого. Ещё несколько минут – и фашистская оборона была бы смята, но совсем неожиданно подполз немецкий бронепоезд и открыл огонь из крупнокалиберных пулемётов и миномётов. Почувствовав поддержку, подняли голову и команды недобитых в дотах. Создалось очень тяжёлое положение. Отойти, значит сорвать весь план. Тогда громовцы не только не смогут провести операцию, но их трудно будет спасти.

Розов продолжал бой. Огнём из ПТР, которые, к счастью, имелись в штурмовой группе, удалось немного отогнать бронепоезд, гранатами снова были приглушены доты. Партизаны один за другим выбывали из строя. Но штурм не ослабевал, не затихал.

Ранило командира бригады Розова. Санитарка Киселёва Вера бросилась к нему и с помощью других партизан помогла командиру переправиться в более безопасное место. Как только была сделана перевязка и кое-как остановлена кровь, Розов снова отправился на свой командный пункт. Бой продолжался до того времени, пока с дороги не стали доноситься сильные и частые взрывы. Это значило, что работа на железной дороге завершена. Теперь нужно было только прикрыть отход громовского отряда.

Было подорвано несколько сотен рельсов, блокирован наиболее сильный гарнизон и отвлечён от соседних бригад огонь бронепоезда, однако все это далось слишком дорогой ценой. Все отряды и особенно штурмовые группы понесли значительные потери.

Рана Розова была не очень опасной (осколком мины повредило глаз), но в партизанских условиях лечить её было очень трудно. Понятно, что неизбежной становится эвакуация комбрига на Большую землю. Но Розов и слушать не хотел об отправке. Он не передавал командования до того времени, пока не были полностью осуществлены намеченные ранее операции.

Розов на другой же день решил изменить тактику. Все отряды были разбиты на отдельные штурмовые группы, и каждой из них поручался определённый участок железной дороги. Наступление начали ночью. Немецкая охрана и бронепоезд все время обстреливали подходы, везде было установлено усиленное патрулирование, но ничто не могло остановить решительных действий подрывных групп. Они действовали стремительно, искусно и успешно минировали рельсы.

В ту ночь была взорвана железнодорожная линия протяжённостью почти двадцать километров. Этот участок магистрали надолго был выведен из строя.

Ещё несколько раз Николай Николаевич водил своих штурмовиков на рельсовые диверсии и разгром вражеских гарнизонов. Только спустя некоторое время, и то под нажимом штаба соединения, Розов временно сдал бригаду своему заместителю Петру Ивановичу Смирнову, а сам вылетел на лечение в Москву.

Отважным и опытным подрывником в бригаде Розова был Пётр Александрович Бочаров. По гражданской специальности – электрик, прошедший хорошую школу военной подготовки в армии, он очень много сделал в развитии подрывного дела. Каких только конструкций мин он не изобретал, каких только способов не применял в своих многочисленных выходах на рельсы! Пётр Александрович лично участвовал в десятках подрывных операций, побывал почти на всех железнодорожных магистралях Полесья, Слутчины и Бобруйщны. Потом он командовал отдельным подрывным взводом в бригаде, и, следовательно, практически организовал почти всю диверсионную работу бригады на «железке» (Страницы 363–367–368 книги «Вечный огонь» В.И. Козлова).

Подрывниками Петра Бочарова было спущено под откос 19 вражеских железнодорожных эшелонов с живой силой, техникой и боеприпасами. Он был награждён орденом Ленина и многими медалями. Ныне живёт в Харькове.

Один из самых юных подрывников Федя Коронец был любимцем всей бригады имени Чкалова. Он пришёл к партизанам из деревни Верхутино Стародорожского района, где находилась железнодорожная станция. Тогда ему было только пятнадцать лет. Партизанами стали его мать Мария Ефимовна, её сестра Ксения Матвеевна, её муж Сергей Шеремет, и самый младший сын Марии Ефимовны – Андрюшка, которому было всего девять лет. Нередко он сам вырывался в боевые операции, так как участвовать в боях ему никто не мог разрешить. А вот его брат Федя с первых дней связи с партизанами проявил себя смелым и находчивым разведчиком, не раз помогавший партизанам в труднейших ситуациях, особенно во время блокад карателей. Он чаще всего ходил на задания вместе с группой подрывников Петра Бочарова. Однажды во время блокады карателей Федя пошёл в разведку. Несмотря на осторожность, Федя напоролся на засаду фашистов и погиб в неравном бою, будучи раненым и не желая сдаваться живым в руки врага, последнюю пулю сохранил для себя. Немало фашистов погибло от гранаты и пуль отважного партизана-разведчика и подрывника. Все партизаны-чкаловцы тяжело переживали потерю своего юного патриота, похоронили его с воинскими почестями. «18 марта 1943 года, – рассказывает в своей книге «Люди высокого долга» Герой Советского Союза, бывший секретарь Минского подпольного обкома партии Роман Наумович Мачульский, – в зону действий партизанских отрядов Минского соединения с группой партийных и комсомольских работников прибыл Ипполит Сильвестрович Кононович – знающий, опытный товарищ, хороший организатор и руководитель масс, прошедший к этому времени суровую школу военных испытаний.

Война застала П.С. Кононовича в должности первого секретаря Слуцкого районного комитета партии. На рассвете 22 июня его, как и других жителей Слуцка, разбудили взрывы – фашистские стервятники бомбили город. Он не знал, что случилось, но сразу же поспешил в райком. Вскоре была получена правительственная телеграмма, которая официально извещала о вероломном нападении на нашу страну гитлеровской Германии, о начале Великой Отечественной войны советского народа против германского фашизма. Сразу же состоялось заседание бюро РК КП(б)Б, на котором были обсуждены и определены неотложные меры по осуществлению мобилизационного плана района, но проведению разъяснительной работы среди населения, повышению бдительности и усилению охраны предприятий, по поддержанию общественного порядка. Во все населённые пункты района, на предприятия и в организации был направлен партийный актив. Райком партии делал все необходимое для мобилизации людских резервов и материально-технических средств на отпор врагу… Органами НКВД и НКГБ при помощи добровольцев с 22 по 27 июня было уничтожено несколько групп фашистских парашютистов, сброшенных на территорию нашего района… К 12 часам дня 27 июня из города были эвакуированы не только семьи и госпитали, оборудование предприятий, но и все районные учреждения, вывезены и впоследствии сданы в Москве на хранение ценности государственного банка, сберегательных касс, партийные документы Слуцкого, Березовского, Кобринского и других райкомов партии западных областей Белоруссии, все документы органов НКВД и НКГБ и т. д.…

Во второй половине июля 1941 года И.С. Кононович в составе группы партийных и советских работников был послан ЦК КП(б)Б политбойцом на Центральный Фронт, через некоторое время его отозвали и направили в распоряжение Главного политического управления Красной Армии. В сентябре того же года в звании батальонного комиссара И.С. Кононович назначается начальником отделения политотдела 3-й армии Брянского фронта. Он занимался осуществлением связей с частями Красной Армии, действующими в тылу врага, и с партизанскими отрядами, возникавшими в Брянских лесах.

В конце 1942 года И.С. Кононовича отозвали из Действующей Армии и направили в распоряжение ЦК КП(б)Б и Белорусского штаба партизанского движения. В марте 1943 года он посылается в тыл противника для организации партийного подполья и развития партизанского движения. Обком партии утвердил Ипполита Сильвестровича комиссаром 64-й партизанской бригады жмени Чкалова, которая действовала в Слуцком, Любанском, Старобинском, Краснослободском и Стародорожском районах. И.С. Кононович возглавил и Слуцкий подпольный РК КП(б)Б, который был утверждён в новом составе (Бывший комиссар бригады имени Чкалова Алексей Васильевич Львов был утверждён командиром 37-й партизанской бригады имени Пархоменко с июня 1943 года и был до июня 1944 года. – Примечание автора статьи М.А. Никольского)… С приходом И.С. Кононовича активизировалась боевая деятельность отрядов бригады имени Чкалова. Были созданы кроме отрядов имени Громова, имени Доватора и имени Железняка, новые три отряда: имени Котовского, имени Лазо и имени 14 Слуцких партизан. Особенно значителен вклад бригады в операциях рельсовой войны. Ипполит Сильвестрович, отлично зная район (кстати, он и родился недалеко от Слуцка – в деревне Куковичи Копыльского района), много сделал для активизации в этом уголке области подпольных антифашистских групп.

Не могу также не отметить заслуг И.С. Кононовича в организации партизанской печати. При его непосредственном участии была налажена работа подпольной типографии и организован регулярный выпуск газеты «Народный мститель», листовок. В конце 1943 года здесь был отпечатан и выпущен в свет сборник партизанского поэта Анатолия Астрейко «Слуцкий пояс». Подпольный РК КП(б)Б через подпольные парторганизации Слуцка и Уречья почти бесперебойно обеспечивал бумагой и краской подпольную «Звязду» – орган КП(б)Б и Минского обкома.

После изгнания фашистских захватчиков И.С. Кононович некоторое время работал в Слуцке (первым секретарём райкома партии, – прим. Никольского), затем был секретарём Бобруйского обкома партии. С 1953 по 1331 годы – председатель Гродненского облисполкома. С 1961 по 1933 год работал заместителем председателя комиссии Государственного контроля Совета Министр БССР, а с 1933 года – секретарь Белсовпрофа и председатель республиканского комитета профсоюза рабочих и служащих сельского хозяйства. На этом посту он и умер 29 октября 1974 года.

И.С. Кононович неоднократно избирался членом ЦК КПБ, депутатом Верховных Советов СССР и БССР. За активное участие в Великой Отечественной войне, в восстановлении и развитии народного хозяйства республики в послевоенные годы Ипполит Сильвестрович Кононович награждён орденом Ленина, орденами Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, тремя орденами Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почёта», многими медалями». (Страницы 47–48–43–50).

Пока Н.Н. Розов находился в Москве на лечении после ранения командиром бригады имени Чкалова был Смирнов П.И. Вместе с комиссаром И.С. Кононовичем и начальником штаба Воротниковым Владимиром Андреевичам они решали все задачи, поставленные обкомом партии и штабом соединения.

В начале января 1944 года партизанская разведка и подпольщики сообщили нам, – вспоминает далее Роман Наумович Мачульский в книге «Люди высокого долга», – о готовящейся оккупантами карательной экспедиции. На подступах к партизанскому краю усиливались фашистские гарнизоны, подтягивались войска, активизировалась полиция и жандармерия. Мы в обкоме внимательно следили за событиями.

К концу января фашисты начали наступление – одновременно с нескольких направлений – наступление с целью разгромить партизанские бригады, дислоцировавшиеся в Любанском, Стародорожском, Гресском, Слуцком и Стародорожском районах. Ход наступления позволил сделать вывод о том, что каратели попытаются заблокировать отходящие с боями партизанские бригады на Загальских и Вороничских болотах.

Так оно и случилось. К 22 января в кольце превосходящих сил противника оказались бригады, которыми командовали П.И. Смирнов (в книге ошибочно указан Н.Н. Розов, так как он ещё не прибыл из Москвы), А.И. Шуба, А.С. Шашура, Г.Н. Столяров, К.Ф. Пущин и некоторые отдельно действующие отряды. В этом кольце оказались обком партии, обком комсомола и штаб соединения.

Вечером 22 января собрались ответственные работники обкома, штаба соединения, командиры бригад. В.И. Козлов в своём выступлении привёл веские доводы в пользу решения о выводе штаба из кольца. Штаб не мог оставаться в районе блокировки, так как был бы оторван от бригад, находящихся в других районах. Между тем, требовалось организовать удары по врагу, заблокировавшему любанско-старобинских партизан, помочь последним оружием и боеприпасами; нельзя также оставить под удар радиостанцию, подпольную типографию и т. д. Единогласно было принято решение о выводе штаба, а бригадам, остающимся в районе блокировки, приказано вести бои с наступающими карателями, спасать мирное население окружённой зоны и без приказа на прорыв не выходить.

Ночью штаб соединения вышел из кольца. Работники обкомов партии и комсомола выходили с отрядом имени Гастелло. Началась оттепель, дороги раскисли, полозья прорезали снег до земли. Нужно было не только вырваться из кольца, но и совершить 80-километровый марш с переправами через многочисленные речушки, канавы и болота. Комсомольцы отряда сделали всё для того, чтобы обеспечить успех марша, сохранить тяжёлые обозы, вывезти раненых.

Руководство боями в районе блокировки по указанию обкома партии возглавил помощник начальника штаба соединения Николай Куксов. С ним остались Николай Жуковский и секретарь обкома ЛКСМБ Пётр Попов. Эта оперативная группа развернула активную деятельность, вдохновляя бойцов большевистским словом и личным примером. Вести бои окружённым приходилось в тяжелейших условиях. Часами лежали партизаны в мокром снегу, пробирались через незамерзающие реки и болота. Не хватало боеприпасов, продуктов, медикаментов. Но никто не дрогнул. Каждый понимал: задача, поставленная командованием соединения, исходила прежде всего из необходимости связать боями вражеские части, изматывать и обескровливать их в преддверии скорого наступления Красной Армии по освобождению Белоруссии.

Свыше двух недель шли бои. Обстановка все более обострялась, положение народных мстителей ухудшалось. В конце концов, последовал приказ выходить из окружения и выводить с собой гражданское население.

Ударный отряд был составлен из комсомольцев. 100 автоматчиков-добровольцев ночью внезапно ударили по фашистам. Кольцо блокировки было прорвано. В прорыв вошли отряды комбрига Шашуры, за ними бригады имени Чкалова под командованием П.И. Смирнова и гражданское население. К утру бой закончился. Партизаны выполнили поставленную задачу.

Фашистское командование проводило карательные экспедиции не только на юге области. Всюду народным мстителям с первых месяцев 1944 года и до начала операции «Багратион» приходилось вести тяжёлые, затяжные бои.

И комсомольцы неизменно показывали образцы мужества и бесстрашия, самоотверженно выполняли свой долг перед Родиной.

Но партизаны не только отбивались от превосходящих сил противника. Народные мстители никогда не забывали своей клятвы: бить врага везде и всюду, пока хоть один солдат топчет священную землю Родины. Выходя из окружения, прорываясь из кольца блокады, партизаны без передышки снова шли в бой – отправлялись на засады на шоссе, пробирались к железнодорожным магистралям, громили гитлеровские гарнизоны» (Стр. 175–177).

30 июня 1944 года партизанские отряды бригады имени Чкалова во взаимодействии с наступающими войсками конно-механизированной группы генерала Плиева 2-го Белорусского фронта вошли в город Слуцк, разрушенный врагом до основания. Кругом развалины, пожарища и пепелища.

После освобождения Слуцка и района партизаны бригады имени Чкалова и под руководством Слуцкого райкома партии начали восстановление разрушенного оккупантами народного хозяйства. И.С. Кононович стал первым секретарём райкома партии, Николай Николаевич Розов – председателем Слуцкого райисполкома, Пётр Иванович Смирнов – председателем исполкома Слуцкого городского Совета депутатов трудящихся. Автор этой статьи был назначен председателе сельского Совета в деревне Серяги Слуцкого района. Командир отряда имени Громова Пётр Иосифович Столица возглавил работу по заготовкам сельскохозяйстранных продуктов.

Проходят годы, десятилетия. Умерли Н.Н. Розов, И.С. Кононович, А.И. Золототой, С.Б. Резников, Гришков Иван Филиппович и многие другие. Баранов Григорий, Шеремет Сергей, Филатов Василий – их тоже нет в живых.

С каждым годом все меньше остаётся партизан-чкаловцев.

Многие разъехались из Слуцка по месту рождения или по назначению на работу после института. В Слуцке и сегодня живут боевые командиры взводов, рот и отделений – Бернадский Лев Михайлович, Оджаев Борис Захарович, Давыдов Василий Иванович, Букий Дмитрий Дмитриевич, Никольский Михаил Александрович, Мирейчик Степан Наумович, Ширяев Николай Яковлевич, Мелешко Иван Николаевич, Адерихо Михаил Миронович. В Уречье живёт Семён Гуринович, в Верхутино – Ксения Шеремет, в. Минске – Львов Алексей Васильевич, Достанио Николай Евкович, Мысливчик Николай Григорьевич, Сазанович Пётр и Шевцов Фёдор Степанович, Трофимович Алексей Алексеевич, Чадович Лидия Ивановна и её брат полковник в отставке Чадович Василий Иванович, Дубина Михаил Григорьевич – тоже подполковник в отставке и многие другие. В Бобруйске живут Никитин Анатолий Леонидович, Верабей Адам Павлович, Ременчик Степан и Волоткович Николай. В Москве – Мацкевич Леонид Михайлович, Плешевеня Виктор Кондратьевич, в Ленинграде – Преснов Павел Дмитриевич, в Риге – Куркевич Карл Станиславович, полный кавалер орденов Славы за мужество и героизм на фронте, куда он ушёл после освобождения Слуцка.

В Одессе живут и трудятся Фурсов Константин Семёнович и Саенко Николай Васильевич, в Душанбе Чёрный Алексей Васильевич, в Сызрани – Коняев Иван Фёдорович, в Волгограде – Федяева Евдокия Михайловна.

Несколько раз бывал в Слуцке Пётр Иванович Смирнов. Какой радостной всегда была встреча со своими боевыми друзьями – партизанами-громовцами и чкаловцами! Сколько воспоминаний, сколько разговоров! Казалось, что время летит мгновенно, его не замечаешь за увлекательными совместными беседами. Все, с кем встречался Пётр Иванович помнят и знают его как смелого и находчивого командира, требовательного и скромного, который к тому же был по характеру добрым и чутким товарищем, делившим хлеб и соль пополам в суровые годы военных испытаний.

Награждён П.И. Смирнов орденом Красной Звезды, медалью «Партизану Отечественной войны» первой и второй степени, другими медалями. В 1946 году уехал в Горьковскую область, к себе на родную землю, хотя и белорусская земля стала ему родной, так как здесь он был контужен и ранен несколько раз.

Очень жаль, что до сих пор невозможно нигде найти сведений о том, сколько партизаны чкаловцы из всех шести отрядов уничтожили немецко-фашистских захватчиков, сколько уничтожено эшелонов, автомашин, мостов, линий связи и железнодорожных рельс, складов и проч. Пока таких обобщённых данных нигде не встречалось.

Недавно автору статьи встретилась статья о Смирнове П.И. в газете «Горьковская правда» за 24 декабря 1982 года. Фотокопию этой статьи послал Петру Ивановичу Смирнову для передачи в Комнату Боевой славы, которая будет открыта в новом здания Уреньского райвоенкомата. Также П.И. Смирнов получил книгу под названием «Партизанские формирования Белоруссии в годы Великой Отечественной войны», где на странице 426 упоминается его фамилия, как командира отряда имени Громова и заместителя командира партизанской бригады № 64 имени Чкалова Минского соединения.

Для написания статьи использованы материалы и документы партийного архива Института истории партии при ЦК КП Белоруссии, материалы из книг Героев Советского Союза Василия Ивановича Козлова и Романа Наумовича Мачульского, из личных воспоминаний самого Петра Ивановича Смирнова и собственных впечатлений бывшего партизана отряда имени Громова бригады имени Чкалова М.А. Никольского, который знал своих командиров с ноября-декабря 1941 года, участвовал во многих боевых операциях под руководством Розова Н.Н. и Смирнова П.И.

 

Автор Михаил Александрович Никольский.

3 марта 1984 года.

Адрес: 223610, Слуцк, Минской области, БССР.
ул. Парижской Коммуны, дом 4, кв. 55, тел. 5–58–48.

Оцифровка текста рукописи – Владимир ХВОРОВ
Пунктуация и орфография максимально соответствуют оригиналу.




 



Назад
Комментариев: 0

Оставьте комментарий :

Имя (требуется)
E-mail (не публикуется) (требуется)
Защитный код:

 
Посещений: 738. Последнее 2019-11-14 08:34:00
©Наследие слуцкого края
2012 все права защищены

При использовании материалов сайта ссылка на
«Наследие слуцкого края» и авторов обязательна
Слуцкий район, д. Весея, ул. Центральная, 9А
тел./факс (01795) 2-36-20
hvorov@inbox.ru