У нас на сайте
Новое на сайте
Ссылки

 

 

Слуцк деловой - портал Капитал-маркет

 

Покупай/Продавай на Capital-Market.by

 

Услуги по выполнению работ автопогрузчиком Амкодор

 

Продажа, установка, ремонт, замена автомобильных стёкол

 

Краски, эмали, лаки, грунтовки, шпаклёвки для автомобилей

 

Запчасти, расходные материалы и аксессуары для всех популярных марок и моделей автомобилей

 

Ирландское кружево Ольга-Анастасия

 

 

 

Благоустройство захоронений. Гранитные памятники

 

 

 

Женщины Слутчины во время Великой Отечественной войны

15.04.2016

Давно отгремели последние залпы Великой Отечественной войны, но её история – вечно живая: время не может стереть ни одной строки из великой книги – памяти народной. Мы часто повторяем слова: «Никто не забыт, и ничто не забыто». Победа в Великой Отечественной войне – это подвиг воинов, партизан и участников подполья, открывших, по сути дела, второй фронт в тылу фашистских оккупантов. Это и подвиг тех, кто берег, кормил, воспитывал подрастающее поколение, чьё счастье и будущее отстаивались в борьбе с фашизмом.

Женщины, женщины, женщины… На заводах, в госпиталях, на транспорте, в поле. Уже в первые дни войны они заменили ушедших на фронт мужей и братьев, взяли в свои руки производство военного снаряжения, снабжали фронт не только военной техникой, но и концентратами, хлебом, обмундированием. Советские женщины в тылу стали боевым резервом действующей армии. Рабочий день длился по 10–12 часов, о выходных и не вспоминали. Простое русское слово «надо» вдруг приобрело глубокий смысл. С него начинался теперь всякий разговор.

Да, у войны не женское лицо. Но угроза, нависшая над нашей страной и над всем миром в 1941 г., заставила советских женщин по-иному оценить свои возможности, встать в строй наравне с мужчинами, заменить в тылу ушедших на фронт мужей, сыновей, братьев. Победа ковалась и в тылу. Их было очень много – женщин, беззаветно любивших Родину и готовых отдать за неё жизнь. Они стали примером бесстрашия и героизма. Не каждый мужчина способен выдержать трудности войны, а женщины выдерживали. Наверное, в них было заключено то, что фашисты называли «русской силой».

Война – дело не женское. Но в период Великой Отечественной войны 1941–1945 года женщины добровольно участвовали в боевых действиях не только в качестве медицинского персонала, но и с оружием в руках. Они сражались против немецких захватчиков, не уступая в отваге мужчинам. Они получали воинские звания, ордена, медали, звания Героев Советского Союза.

У женщин на войне была совсем не женская миссия: защищать себя, свою Родину, свою ещё не познанную любовь.

Сегодня, когда информационное пространство очень расширилось, везде широко показывается вклад мужчин в достижении Победы во время Великой Отечественной войны, а женщины отходят на второй план, будто они просто сидели дома и ждали мужчин с войны. Именно это и подтолкнуло меня к этой работе.


Партизанки и подпольщицы

Надежда Яковлевна Маглыш

Надежда Яковлевна МаглышРодилась в 1912 году в деревне Варковичи. Окончила Лучниковскую школу, в 1931 году – курсы медицинских сестёр, работала в детской консультации. Только добрые слова слышали родители о дочери Надежде, заботливой, знающей своё дело медсестре.

Партизанка-подпольщица, член Слуцкой подпольной группы П. Маглыша. Их подпольная группа приступает к сбору оружия, боеприпасов, сведений о планах гитлеровцев. Потом начали устанавливать связь с другими подпольщиками, действовавшими в городе. Их дом стал местом встреч и своеобразной базой, где ремонтировали оружие, изготавливали мины, распространяли сводки Совинформбюро.

От природы энергичная и общительная, она, мать троих малолетних детей, уже в конце лета 1941 года установила связь с партизанским отрядом Василия Захаровича Коржа, базировавшимся в районе Старобина. Снабжала партизан разведывательными данными и медикаментами. Рисковала она постоянно: и когда передавала в лес медикаменты, и когда подготавливала, проводила с братом операции.

Совместно с мужем Иваном Батуриным при участии партизан организовала печатание листовок, которые распространялись, в основном, в Слуцке. Их потом найдут у Ивана Батурина, случайно задержанного полицейскими во время облавы. Несмотря на жестокие пытки, на допросах он держался мужественно и никого не выдал. Надежда каждый день бегала к тюрьме. С чердака соседнего дома она разговаривала с мужем, но никаких перспектив на спасение не было. В начале октября 1941 года, так ничего не добившись, фашисты расстреляли Ивана Батурина в урочище Гореваха. Ночью после расстрела мужа Надежда и её подруга выкопали тело Батурина из общей могилы и перезахоронили отдельно.

Но и оставшись одна с тремя детьми на руках, мужественная женщина не прекратила борьбу. Надежда, её отец и брат Пётр составляли костяк одного из первых подпольных формирований в Слуцке. После налёта на слуцкий банк за подпольщиками началась настоящая охота. Планировалось сжечь здание городской управы, биржи труда, окружной полиции. Должны были быть уничтожены слуцкий гебитскомиссар, начальник жандармерии, начальник окружной полиции. Однако провокатор в начале марта выдал врагу намерения подпольщиков. В руки фашистов попала и связная. Накануне крупной операции, которую задумали подпольщики и партизаны, Надежда Маглыш вместе с матерью вывезла в Старобинскую партизанскую зону своих детей. Однако в это время начались аресты членов группы Петра Маглыша, и Надежда вернулась в Слуцк. Спустя несколько дней её также арестовали. По дороге в тюрьму она была убита при попытке побега 9 марта 1943 года.

Мать Надежды, Екатерина Тимофеевна, вместе с внуками от ареста спаслась. В одну из ночей она вместе со знакомой нашла на мусорной свалке тело убитой фашистами дочери и похоронила её на слуцком кладбище.

Из воспоминаний Ксении Григорьевны Костровой:

«В марте 1943 года к моей сестре Анне пришла её подруга Екатерина Маглыш с просьбой помочь тайно похоронить её дочь Надю. Аня ответила, что у неё хватит решительности и смелости для этого дела, и направила Екатерину ко мне. Мы пошли с ней на окраину кладбища, где, как подсказали люди, была сброшена полицаями и немцами с воза в яму, убитая Надежда. Она была засыпана всяким мусором и битым стеклом. Мы откопали яму – Надя лежала вниз головой. Когда мы её вытянули, то увидели, что она сильно побита, возможно, прикладом по лицу. Глаза её были открыты, живот весь прострелен насквозь, шерстяное платье и шубка были в крови. Мы завернули тело Нади в простыню, разровняли яму и похоронили её. Позже, когда город был освобождён от фашистов. Надю перезахоронили, на могиле установили памятник» [3, с. 412].

Памятник подпольщице, Надежде Маглыш, был установлен в 1960 году усилиями её родного брата Николая Маглыша.

После гибели Надежды её малолетних ребятишек растила и воспитывала мать Екатерина Тимофеевна. Внуки выросли достойными людьми.

Вспоминает Нина Ивановна Киселёва, дочь Надежды Маглыш:

«Прошло столько лет, но память цепко держит те события и не хочет их отпускать… Когда в дом пришли полицейские и арестовали мужчин, бабушка сказала, чтобы мы быстро одевались и бежали через огород на соседнюю улицу, так как про нас, детей, они просто забыли. Уже за огородами в чужом дворе мы услышали в доме стрельбу… Позже, после освобождения города, когда мы вернулись, увидели следы от пуль на фронтонах крыши, полу и печке. Фашисты не хотели оставить нам шансы на выживание, думали, что мы где-то в доме…

До партизанского отряда в деревню Дьяковичи мы добирались долго. Там нас разместили в семье, где и своих-то детишек было человек шесть-семь. Прожили примерно неделю, когда налетели каратели. Основная группа партизан ушла на задание, и в деревне остались в основном женщины, дети… Полдеревни уже горело вместе с жителями. В нашем доме были заколочены двери и окна досками, оставалось поджечь крышу. Но, на наше счастье, вернулся партизанский отряд, и мы были спасены. Бабушка увела нас в лес. Расстелила на снегу своё пальто, усадила нас с братом на него. Так мы просидели сутки, а потом Ваня сказал, что нужно из снега делать стены – будет теплее… Дня через два у нас была ледяная избушка. Бабушка уходила в деревню и приносила еду. Потом нас нашла мама, по одному пристроила в семьи родственников. Сама же отправилась в город на задание, чтобы собрать оставшихся в живых подпольщиков и провести к партизанам. Это была наша последняя встреча. Она погибла, по словам очевидцев, 9 марта 1943 года. В постоянном страхе, голоде и холоде мы прожили все годы войны…»
[2, с. 8].

В завершение этой истории можно лишь отметить то, что никто из семьи Маглышей, организаторов и руководителей одной из первых и самых мощных подпольных групп Слуцка, так и не был удостоен государственных наград. В память о Петре улица Колхозная, на которой жила семья Маглышей, переименована и носит его имя. Дом подпольщиков сохранился до сих пор. На нем установлена мемориальная доска.

Лидия Филипповна Броневицкая

Лидия Филипповна БроневицкаяРодилась Лидия Филипповна 9 апреля 1925 года в деревне Михейки, Слуцкого района. Лидочка – так звали её в детстве родители. Тёмные, словно вишенки, глаза, красивые густые волосы, быстрая, ловкая. Вот такой была девушка Лида в 1941 году, когда на нашу землю пришла Великая Отечественная война. После семилетки Лида окончила курсы счетоводов, как и многие молодые люди, мечтала о дальнейшей учёбе, интересной работе, светлой любви. У Лиды была большая дружная семья – кроме родителей, две сестры и брат. Отец Филипп Петрович Гончаревич был организатором и первым председателем местного колхоза «Красные Михейки». В колхоз часто приезжал Г.К. Жуков, она общалась с ним. В 1940 году Лида с отцом ездила в Москву на ВДНХ. Но мирную, счастливую жизнь прервала война.

Как только фашисты очутились на Слуцкой земле, стало известно, что захватчики будут расстреливать семьи председателей колхозов, коммунистов и комсомольцев. Лида, которая вступила в комсомол в апреле 1941 года, была местной активисткой, хорошо понимала, что грозит ей и её семье. Лидия Филипповна вспоминает:

«Документы, протоколы комсомольской ячейки мы успели спрятать, а затем уничтожить. Однако все равно жили в постоянном напряжении. Вблизи деревни Михейки расположились немецкие военные части. Я видела поведение немцев, их отношение к местным жителям и думала, что же будет с нами, с народом, если этих гадов не прогоним с нашей земли. Росло желание принимать непосредственное участие в борьбе с оккупантами. И вот в июне 1942 года в деревню Михейки прибыл Пётр Маглыш, знакомый моей родственницы Марии Борисик. Тогда я и узнала, что в Слуцке местные патриоты ведут борьбу с оккупантами. Кроме того, Василий Пехтеров, муж моей сестры рассказал, что одну из подпольных групп возглавляет Александр Дмитриевич Фомин. С ним Василий служил до войны в одной воинской части».

Лида включилась в подпольное движение, встречалась с А.Д. Фоминым, получала задания по распространению листовок, сводок Совинформбюро, собирала информацию о немцах. Позже она установила связь с врачом Валентиной Алейчик, другими работниками Слуцкой больницы, от них получала лекарства и передавала в отряд имени Рокоссовского 95-й партизанской бригады имени Фрунзе. Отряд возглавил А.Д. Фомин. Участвовали в подпольной работе отец Лиды, другие члены семьи Гончаревичей. Их дом в Михейках стал явочным пунктом для подпольщиков и партизан. Не раз приходили связные от бывшего секретаря Слуцкого райкома партии И.С. Кононовича. В то время любой контакт с партизанами мог закончиться трагично, тем более, что и предателей кругом было не мало, однако все действовали решительно и смело.

Летом 1943 года стало небезопасно, и семья Лиды перебралась из Михеек в партизанскую зону, в отряд имени Рокоссовского. Лидочка ходила по заданию командования в город как связная. Привела в лес пополнение, в основном грузин, армян, узбеков, 15 человек в числе тех, кого немцы вербовали на работу. Часто в Слуцке встречалась с подпольщиками Петром Хириным, Александром Прохоровым. Как свидетельствуют документы, она действительно участвовала в партизанском движении Белоруссии в период с 5 июня по 7 декабря 1943 года в качестве связной, а затем была зачислена бойцом партизанского отряда им. Рокоссовского.

«Многое теперь вспоминается, – взволнованно говорит бывшая подпольщица и партизанка. Например, леса в районе деревень Жилин Брод, Шантаровщина, где дислоцировался наш отряд, запах костров, нехитрый партизанский быт. Часто вспоминаю, как училась стрелять, как ходила в Слуцк на встречи с подпольщиками. Помню вражескую блокаду партизанского леса, а ещё – как «новые власти» чуть не расстреляли отца, как партизанские медики ему делали операцию. Крепкие в то время люди были и духом, и телом, настоящие герои».

А потом была Победа, иной раз пусть нелёгкая, но мирная жизнь. После войны Лидия Филипповна переехала в Слуцк, вышла замуж, родила троих детей, работала делопроизводителем в городском отделе Народного комиссариата внутренних дел, затем – бухгалтером на комбинате бытового обслуживания Белорусского военного округа в Слуцке. Лидия Филипповна награждена медалью «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «20 лет Победы в Великой Отечественной войне», «Ветеран Труда», имеет и другие награды.

Так сложилось, что Лидии Филипповне одной пришлось растить троих детей, было очень тяжело, но она не жалуется на свою судьбу, дети у неё трудолюбивые, заботятся о ней, есть внуки, жизнь продолжается. Подводит только здоровье, ведь 90 лет – это немало, но Лидия Филипповна не думает сдаваться.

Анастасия Яковлевна Уласевич

Удостоверение Анастасии Яковлевны УласевичАнастасия Яковлевна Уласевич – женщина-легенда. Она родилась на Слуцкой земле, в деревне Прощицы, в 1920 году. Родители обыкновенные землепашцы. Отец работал секретарём Весейской волости, погиб. Мать работала в колхозе животноводом. Учиться тогда начинали только в ноябре, когда заканчивались полевые работы. В школу Анастасия ходила одна, через лес. По дороге, чтобы было не страшно, пела. Обувь – лапти – приходилось ремонтировать чуть ли не каждый день. Очень часто в лесу останавливался цыганский табор, нередко цыгане приглашали девочку поесть.

Окончив семилетнюю Весейскую школу, Анастасия поступила учиться в Слуцкий педтехникум. Трудным предметом для неё была математика. Когда началась Великая Отечественная война, студенты техникума ещё сдавали экзамены. Выпускников сразу же посылали на работу, даже не выдав дипломов. Анастасия Яковлевна попала в деревню Михейки. Год проработала там в начальной школе. Дети писали между строчек газет. Учитель получал паек из магазина, колхоз давал молоко, овощи выращивали.

В один из дней Насте пришлось встретиться с фашистскими оккупантами. В Слуцке она решила навестить своих родных. Шла по городу, оказалась возле здания бывшего кинотеатра «Центральный». Подъехала колонна машин. Вышел немец стройный, высокий, начал играть на губной гармошке. Он не заметил девушку, Настя тихонько повернула на другую улицу.

Анастасия Яковлевна была связной в партизанских группах: носила записки о нахождении немцев председателю колхоза в Прощицах Ивану Старинчику. Доставляла патроны, взрывчатку. Девушке помогала её сестра Мария. Партизанский отряд имел связь и с немецкой разведкой. В книге «Память. Слуцкий район» записано, что Уласевич Анастасия Яковлевна рядовая, партизанка с апреля 1943 по июнь 1944 года. Награждена медалями «Партизану Отечественной войны», «За Победу над Германией» [3, с. 470]. После освобождения Беларуси Анастасия Яковлевна работала в школе в Прощицах, в Михейках. Вместе с мужем вырастили и воспитали пятерых детей, есть восемь внуков. Чтобы прокормить большую семью, держали хозяйство.

Поистине, это легендарная женщина, пережившая войну, испытавшая материнское горе – погиб её сын – моряк. Но вместе с тем она не потеряла веру в добро, в людей [1, с. 4].

Глафира Николаевна Пугачёва

Глафира Николаевна Пугачёва среди коллегУдивительный человек, посвятивший всю свою жизнь фармацевтическому делу, активный участник подпольного движения в годы Великой Отечественной войны. Родилась Глафира Николаевна в деревне Краснодворцы (теперь это Солигорский район) в далёком 1921 году. Родители были простые крестьяне. Работали они, как и все, в колхозе. Учёба в школе шла хорошо, может быть, и поэтому без особых проблем она поступила в Могилёвский медтехникум. В июне 1940 года закончила его, получив профессию фармацевта. По распределению была направлена на работу в город Брест фармацевтом-ассистентом. Работать было трудно из-за незнания польского языка. Постепенно освоилась, вышла замуж за молодого лейтенанта, выучила польский язык.

Новая жизнь казалась счастливой, но светлые надежды и грёзы затмила ночь: на родной земле появился враг, принёсший жестокость, насилие и смерть. Рано утром 22 июня 1941 года в квартиру прибежал посыльный со страшным известием: «Началась война». Муж попрощался и побежал на службу. Больше Глафира Николаевна его не видела и ничего о нём не знает до сих пор. Ей удалось выехать из города Бреста. На третий день войны она была уже в Слуцке, немцы город ещё не захватили. С попутным возом добралась до родных Краснодворцев. Там с приходом немецких оккупантов жизнь изменилась. На семейном совете решили, что ей лучше поселиться в Слуцке, так как родители опасались, что полиция узнает о муже-офицере. Отец снял в городе квартиру, а через месяц она устроилась на работу в аптеку ассистентом и рецептаром.

Аптека, в которой начала трудиться Глафира Николаевна Пугачёва, находилась в ведении городской управы, заведовал аптекой Василий Семёнович Литовкин. Кто он и откуда, никто из работников не знал: времена такие были, что никто лишнего не спрашивал и не говорил. Внешне симпатичный мужчина, но сильно хромал на одну ногу. О нём у Глафиры Николаевны остались только хорошие воспоминания: вежлив, выдержан, немногословен, в коллективе его все любили. Место работы рецептара не могло не привлечь внимание партизан.

Глафира Николаевна вспоминает, что связные партизан стали к ней обращаться за помощью. В доме, где она снимала комнату, прятала партизан, через связных передавала в партизанский отряд хлеб, медикаменты, перевязочный материал. Но со временем потребовались большие объёмы лекарств и перевязочных материалов, и она решила обратиться к Литовкину. Он выслушал девушку молча, но, когда их взгляды пересеклись, она поняла, что отказа не будет. «Что надо, напиши на листе», – коротко сказал Василий Семёнович. По такой же схеме работали и впредь. Позже она узнала, что заведующий аптекой был активным членом мощной Слуцкой подпольной группы Петра Маглыша. Но между ними никогда не было разговоров на тему сопротивления фашистам, хотя он, без сомнения, знал, для кого она собирала медикаменты.

Глафира Николаевна ПугачёваФашисты и не подозревали, какую опасность для них таит в себе красивая, грациозная, всегда приветливая и обходительная девушка. Как-то раз связной сделал ей странный заказ – достать сильнодействующий яд, она передала ему мышьяк и морфин. Если бы она знала, чем всё это обернётся! Можно предположить, что партизаны попытались через горничных отравить немецких офицеров. Удалось ли им это, неизвестно, но несколько офицеров серьёзно заболели, а горничных арестовали.

На следующий день в Слуцкой тюрьме оказалась и Глафира Николаевна. Девушку постоянно водили на допросы-пытки в гестапо. Допросы были частыми, в течение двух месяцев били нещадно. От Глафиры Николаевны пытались узнать о связном, который постоянно приходил в аптеку. Всё обещали, что устроят с ним очную ставку. Однако через своих (в числе надзирателей тюрьмы) партизаны передали ей, что связной ушёл в отряд и во время одной из операций погиб. Это обстоятельство позволило девушке отпираться на допросах более уверенно.

Чем бы всё кончилось, неизвестно. Выручать Глафиру Николаевну взялись партизаны и подпольщики. Были у них на службе в тюрьме свои люди, один из них – старший надзиратель Хотенко. Он же и передавал информацию. Уже в конце сентября девушку перестали вызывать на допросы, словно забыли. Случилось это, когда было совершено покушение на Вильгельма Кубе, гауляйтера Беларуси. Тюрьма оказалась переполнена новыми арестованными. Хотя Глафиру Николаевну не трогали, но страшнее тех дней жизни, по её словам, у неё не было. Людей каждое утро уводили на расстрел, на их место пригоняли новых. Она ждала такой же участи. Однажды во время очередной встречи Хотенко сообщил, что, вероятно, ночью девушку выведут из тюрьмы – мол, момент очень благоприятный. Так оно и случилось. Глафира Николаевна очень боялась, но её до дома довёл провожатый.

Из своей квартиры несколько месяцев она не выходила, пряталась. Потом всё улеглось. Девушка даже на работу в аптеку вернулась. После своего освобождения она хотела найти того надзирателя Хотенко, но сказали, что он был в партизанском отряде и погиб в бою. О нем и Василии Семёновиче Литовкине она хранит до сих пор светлую память в сердце, как о самых дорогих и близких людях.

Свыше 40 лет проработала Глафира Николаевна в аптеке № 80, где пользовалась большим уважением среди коллег и посетителей, а в 70 лет она ушла на заслуженный отдых. В настоящее время Глафире Николаевне 94 года, и она по-прежнему интересный собеседник.

Вклад женщин в борьбу с геноцидом

Уходят в прошлое годы. Всё дальше и дальше отделяет нас время от событий Великой Отечественной войны. Стареют и умирают люди, свидетели тех лет, уносят с собой ценнейшие знания о тех страшных событиях. Зачастую эти люди живут рядом с нами – наши соседи, знакомые, родственники. Мы, люди, не испытавшие ужасов войны, должны знать о трагедии своего народа, собрать всю возможную информацию и сохранить её для потомков.

27 января весь мир вспоминает жертв Холокоста, а 11 апреля отмечает День узников фашизма. Это даты учреждены по инициативе ООН. Холокост – массовое уничтожение мирных жителей. Жертвой Холокоста считается любое лицо или группа лиц, которые подвергались преследованиям со стороны нацистского режима по причине того, что они являлись или считались лицами не арийской расы. В последнее время в некоторых странах Западной Европы появились неофашистские организации, которые используют тот же принцип «расовой чистоты», что представляет реальную угрозу человечеству.

В Иерусалиме, на Стене почёта в саду Праведников в мемориальном музее «Яд Вашем», где увековечены имена граждан, спасших от гитлеровского геноцида хоть одного еврея, записано имя простой женщины Федоры Николаевны Костюкевич из д. Варковичи. Рискуя жизнью, она спасла от гибели еврейскую семью. В честь нашей землячки посажено дерево – символ жизни и добра на Земле.

Феня Костюкевич помогала еврейской семье спастись в период оккупации. Когда началась война, и немцы заняли город, отец Доры Баршай, Гирш Юделевич, выкопал в доме землянку-погреб и прятался там с сыном три года. Феня кормила их, стирала одежду, сообщала новости. Маленькая Дора осталась в доме с Феней. Белокурая и сероглазая, она совсем не была похожа на еврейскую девочку. Феня перекрестила Дору в церкви и надела на шею свой крестик. Рискуя жизнью, Феня спасла семью Доры, которую очень любила.

Как вспоминал Борис Фалевич, после расстрела первого гетто его мама познакомилась с жительницей д. Уланово Варварой Черницкой. Она одела его еврейскую семью в старинную деревенскую одежду с национальными белорусскими узорами, запрягла в повозку лошадь и средь бела дня отправилась в дальнюю дорогу на Копыльщину, где жили родственники Черницкой. Они отвели всех к партизанам, где и дождались прихода Красной Армии.

Эти женщины рисковали своими жизнями ради других людей.

Девчонки военного лихолетья

Валентине Петровне Крот (Филипович) не было и четырнадцати лет, когда началась Великая Отечественная война. К тому времени она успела окончить только семь классов. Вскоре после начала войны фашисты появились в родной деревне Вали – Гольчицах, которая находится в Слуцком районе, и установили «новый порядок». В октябре 1941 года гитлеровцы впервые пришли в дом отца девочки Петра Андреевича Филиповича и арестовали его за то, что он был бригадиром в колхозе. Потом Петра Андреевича расстреляли.

Шестеро детей, среди которых была и Валя, остались жить вместе с матерью – Василиной Фоминичной. Трудно приходилось одинокой женщине с шестью детьми! В феврале 1943 года враги снова нагрянули в дом Филиповичей: на этот раз, чтобы арестовать остальных членов семьи. Они проговорились, что затем пойдут к Гузнеям. Валя знала, что их дочери были партизанками и как раз в тот день находились дома. Она попросила разрешения выйти во двор. Гитлеровец что-то пробурчал сквозь зубы, но выпустил девочку, выпихнув её, босую, на снег и больно огрев по спине прикладом винтовки.

Она успела как раз вовремя, предупредила сестёр об опасности, и девушки ушли в лес к партизанам, а их родители отказались и остались в доме. Стариков потом арестовали и убили в тюрьме.

Валю с братом, сёстрами и матерью отвезли в Слуцкую тюрьму, где они находились около месяца. Узникам практически не давали еды, держали в переполненных камерах. Однако всех шестерых детей вскоре выпустили, а Василину Фоминичну казнили.

Примерно через месяц Валя стала связной партизанского отряда им. Ф. Э. Дзержинского 95-й бригады им. М.В. Фрунзе. Она участвовала в вывозе зерна из колхозных амбаров, возила молоть его на мельницу, а муку относила в партизанский отряд. Ещё Валя распространяла листовки и сводки Совинформбюро по немецким гарнизонам и деревням, а также в Слуцке. Как говорили её товарищи по отряду, девочка была очень смелой и надёжной, ей было доступно там, где нельзя было пройти взрослому. Валя предупреждала семьи, которым грозила опасность, и перевозила их из немецких гарнизонов в партизанскую зону. Она передала в отряд несколько винтовок и гранат и большое количество патронов, которые подобрал и припрятал для партизан её отец во время отступления советских войск.

Валентина Петровна прошла через ужасы Великой Отечественной войны, и даже через много лет после её окончания она не могла вспоминать об этом без боли. До конца жизни она помнила своего отца, расстрелянного фашистами, и мать, замученную в тюрьме, и партизанские песни, которые когда-то пела вместе с товарищами.

Валентина Петровна уже умерла. А я иногда думаю: окажись я на её месте, я, конечно, тоже встала бы на защиту нашей Родины, но не знаю, была ли бы настолько верной, надёжной и смелой, насколько она.


Можно ли победить народ, женщина которого в самый тяжёлый час стала на защиту Родины? Не женское это дело – плечо в плечо идти с солдатами в самое пекло войны. Но смертельная опасность уравняла в правах женщин и мужчин. Связные, разведчицы, подрывники, санитары, медицинские сестры, пекари, швеи, повара… Это на их плечи, часто совсем юные, легла тяжесть нелёгких партизанских будней в условиях лесной жизни, частых обстрелов, карательных операций, блокад в лесах и болотах.

Ради большого Дня Победы жертвуя своей жизнью шли они на верную смерть, выдерживали страшные мучения, но товарищей не выдавали. Стойко и мужественно переживали потерю боевых друзей, близких. Откуда бралась сила у этих простых деревенских и городских женщин?

Тот ужас, смерть, страх, боль, которые пережили люди в годы войны, не должны повториться. Человек, помнящий войну, никогда не допустит её повторения.

Мне кажется, что нужно помнить не только события военных лет, но и тех людей, которым мы обязаны жизнью. Многие из них находятся в преклонном возрасте, поэтому важно окружить их заботой. Мы помним о войне, потому что беспокоимся о будущем. Это наш долг перед теми, кто не дожил до Победы, расстрелян, замучен, сгорел заживо. Наш долг – увековечить имя каждого сражавшегося на войне. Размышляя о жизненной позиции, о нравственном выборе, мы опираемся на опыт старшего поколения. А опыт людей, прошедших войну вдвойне ценен для нас.

Все меньше остаётся ветеранов и тружеников тыла. Мы с уважением относимся к этим людям, к их прошлому и настоящему, преклоняемся перед ними. Нам есть чему у них поучиться.

Список использованных источников

1. …Славутыя имёны Случчыны. Газета «Слуцкі край», 15 марта 2013.

2. Маглыши с улицы Петра Маглыша. «Народная газета», 7 апреля 2012.

3. Память: историко-документальная хроника Слуцкого района и г. Слуцка. Кн.1. Мн.: БЕЛТА, 2001.

4. Записи воспоминаний ветеранов, их родственников. Материалы школьного музея.

5. Интернет ресурсы.



Словарь терминов, встречающихся в тексте работы

Партизан – добровольный участник вооружённой борьбы на занятой противником территории.

Подпольщик – человек, который осуществляет нелегальную деятельность на захваченной врагом территории.

Холокост – уничтожение немцами еврейского населения.

Геноцид – уничтожение групп населения по расовым, национальным, политическим и религиозным мотивам.

«Новый порядок» – экономические, политические, идеологические мероприятия, направленные против советского строя, его духовных ценностей, режим геноцида, террора, разграбление природных ресурсов.

Гебитскомиссар – руководитель окружного комиссариата, который обеспечивал реализацию военно-экономической политики в границах округа.



 

Конкурсная работа учащейся 10 класса ГУО «Средняя школа № 4 г. Слуцка» Ангелины Белицкой

(руководитель – Пчельникова Оксана Владимировна, учитель истории)

Редакционная правка материала – Владимир ХВОРОВ
 



Назад
Комментариев: 0

Оставьте комментарий :

Имя (требуется)
E-mail (не публикуется) (требуется)
Защитный код:

 
Посещений: 1522. Последнее 2018-11-21 14:27:00
©Наследие слуцкого края
2012 все права защищены

При использовании материалов сайта ссылка на
«Наследие слуцкого края» и авторов обязательна
Слуцкий район, д. Весея, ул. Центральная, 9А
тел./факс (01795) 55-8-66
hvorov@inbox.ru